Глобализация. Тупик или новые возможности?

21.05.2020

DWSMiZdV4AAnX-P.jpg

Речь идёт о пандемии коронавируса, проблеме, с которой постиндустриальное общество столкнулось в таком масштабе впервые.
Угроза распространения новой вирусной инфекции заставила государства заморозить международную логистику, ограничить передвижение людей регионами их проживания, остановить работу многих промышленных и иных предприятий и организаций. Пресеклись товарные и пассажирские потоки, разорвались производственно-технологические и финансовые цепочки.
Все страны, борясь с пандемией, закрываются от соседей, вводят свои специфические законы, принимают необходимые именно им меры медицинского, организационного и финансово-экономического характера, действуя при этом чаще всего с опорой на собственные силы и с учётом лишь собственных интересов. Гуманитарная и иная поддержка государствами друг друга, безусловно, существует, но она носит характер, скорее, жестов доброй воли, нежели реальной, способной заметно улучшить ситуацию, помощи.
Глобальная мировая экономика всего за два-три месяца распалась на множество региональных сегментов. Исключением не стали даже страны казавшегося самодостаточным экономического и социально-политического конгломерата — Евросоюза.
Из-за того что в реалиях глобальной экономики какое-то одно предприятие могло обеспечивать своей продукцией чуть ли не всё мировое производство, возникла масса проблем. К примеру, автопроизводители Франции и ФРГ сейчас серьёзно обеспокоены отсутствием ряда микросхем автомобильной электроники. Их выпускала единственная фабрика в Италии.
Многие страны ЕС сталкиваются с дефицитом реактивов, использующихся в тестах на наличие коронавируса. Их производством в Европе занимаются только две компании (одна находится в Голландии, другая в Швейцарии), которые в настоящее время не справляются с резко увеличившимся спросом на свою продукцию.
Китай производит до половины мирового объёма медицинских масок. После начала пандемии КНР нарастила темпы производства, но весь этот объём используется исключительно для внутреннего потребления. Как следствие, на мировом рынке возник дефицит данного товара. То, что Турция и Россия запретили экспорт масок — это вполне оправданно; но так же поступила и ФРГ — лидер Евросоюза (где, напомню, юридически должно существовать единое экономическое пространство с неограниченной свободой торговли). Франция сделала проще. Там весь объём медицинских масок у частных производителей «на корню» выкупило правительство (что, понятно, тоже исключило их экспорт).
Одним словом, внезапно набравшая силу регионализация экономики — это факт, и отрицать его невозможно. Вопрос в другом: вернётся ли мир к прежней экономической модели или действительно (как твердили антиглобалисты) в какой-то момент человечество пошло не тем путём?
Глобализация (в современном понимании этого термина) возникла около 200 лет назад, одновременно с Промышленной революцией, начавшейся, как известно, в Великобритании и набиравшей силу в течение XIX века. Символы этой эпохи — паровой двигатель и телеграф — качественно изменили не только производственные процессы, но и торговлю. С одной стороны, пароходы и поезда смогли перевозить товары на расстояния в тысячи километров. С другой стороны, индустриализация позволила Великобритании производить товары, востребованные во всём мире. Благодаря продвинутым технологиям, «мастерская мира» завладела огромным международным рынком.
В результате образовались логистические и коммуникационные цепочки, охватившие, без преувеличения, весь мир. По воспоминаниям современников, уже к концу XIX века житель Лондона (Парижа, Нью-Йорка и т. д.)
мог заказать по телефону товары из любой точки мира, «попивая чай в постели, и ожидать их доставки прямо до двери». Подобная ситуация складывалась и с инвестициями — любой бизнесмен получил возможность, не покидая своего офиса, вкладывать средства в акции иностранных и международных компаний.
Хотя основные дивиденды от глобализации вначале получила Великобритания, остальные государства старались от неё не отставать. Так, Российская империя, просторы которой покрылись сетью железных дорог, в XIX веке стала ведущим импортёром зерна на европейские рынки. Изобретение кораблей-рефрижераторов в 1870-х обогатило Аргентину и Уругвай; эти страны приступили к массовому экспорту мясной продукции. Другие государства тоже перешли к целевому производству на экспорт различных товаров.
Первый этап глобализации был прерван двумя мировыми войнами (а также случившимся в перерыве между ними и окончательно добившим мировую финансовую систему кризисом — Великой депрессией). Однако после окончания Второй мировой войны глобализация продолжила своё шествие по миру.
Важно отметить, что на втором этапе она развивалась в рамках нескольких политико-экономических систем. Это СССР и другие социалистические страны, Западная Европа, США и ассоциировавшиеся с ними страны Азиатско-тихоокеанского региона, а также так называемые неприсоединившиеся государства, пытавшиеся найти собственный, «третий» путь развития, лавируя между СССР и США. Кроме того, как внутри, так и вне этих блоков существовали многочисленные межгосударственные экономические союзы.
На мой взгляд, именно эта структура была наиболее устойчивой и сбалансированной. Однако она разрушилась в конце 1980-х — начале 1990-х годов, после падения Берлинской стены и распада Советского Союза. С этого момента глобализация стала всеобъемлющей, а её главным бенефициаром стали Соединённые Штаты.
Процесс значительно ускорился с повсеместным внедрением Интернета; в XXI веке на земле сформировалось единое не только экономическое, но и информационное пространство. Примечательно, что самые крупные IT-компании также находятся в США, их оборот составляет 30% от общемирового объёма индустрии высоких информационных технологий (около 1,6 трлн $ за 2019 год).
Мировая экономика стала более эффективной, но в то же время куда более уязвимой, чем раньше.
Если процесс глобализации повернёт вспять, это непременно приведёт к формированию новых региональных торгово-экономических объединений, что, в свою очередь, откроет дополнительные окна возможностей для российских компаний. Промышленный бизнес сейчас в полной мере осознал важность критического импорта и необходимость иметь одновременно нескольких (пусть даже не самых выгодных) поставщиков. Если российские компании предложат свои услуги в нужное время и по приемлемым ценам, они смогут вписаться в новые межгосударственные торгово-промышленные цепочки.



Возврат к списку