Салат из одуванчиков

21.05.2020

biene.jpg

Едва-едва появятся на солнечных пригорках тоненькие зелёные травинки, на подоконниках в горшочках прорежутся острые зубчики молодого лука, а кое-где на огородах поднимаются тонкие листики крапивы, у меня, как у многих людей, возникает мысль: а не сварить ли крапивный суп?
Надоело всё магазинное, привозное из дальних стран или выращенное в теплицах. И аромат, и вкус не тот!
Варят щи из молодой крапивы по-разному. Одни отваривают кусок говядины, а когда мясо готово, добавляют чуть обжаренный лук и в конце варки кладут листики крапивы. Крапивный суп получается особенный, с кислинкой, со свежим весенним запахом. Многие пробовали такое необычное блюдо.
Природа дарит нам весенней порой и многое другое. Например, в голодные годы готовили похлёбку из листьев лебеды. Недаром в народе говорят: «Плохо, что в городе нет лебеды».
Меня всегда удивляло, что особо почитаемый русский святой Серафим Саровский готовил еду из травы сныти. Кусты сныти высокие, опушённые белыми шапками соцветий. Преподобный старец ел сныть и свежую, и засушивал её на осень и зиму.
Кстати, учёные недавно установили, что сныть — богатый источник растительного белка. Эта трава, «снытка», как ласково называл её Серафим Саровский, богата и витаминами, и микроэлементами.
Вообще, рассказывать о том, что содержится в травах, ягодах, грибах, цветах растений можно долго. Но мне вспомнилось, как я впервые попробовала салат из одуванчиков.
Дело было так. В девяностые годы многие жители Королёва стали интересоваться прошлым нашего города. Собирали старинные вещи, изучали своё генеалогическое дерево и по-настоящему увлеклись этим.
Самый первый историко-краеведческий музей в городе создал в своей крохотной квартирке известный всему городу краевед Борис Яковлевич Ежов. Он разъезжал на своём стареньком велосипеде, заглядывал во дворы старинных домов, знакомился с хозяевами и увлекал их своей идеей собирательства. Частенько уезжал домой не с пустыми руками — кто-то отдаст ему старинный самовар, кто-то подарит чугунный утюг, который нагревали углями. У кого-то в хозяйстве сохранился серп, чтобы траву срезать, а кто-то отдал в дар даже настоящее деревенское веретено.
Когда вещей собралось много, возникла идея создать в Королёве (тогда — Калининграде) историко-краеведческий музей. Идея блестящая! Город большой, с глубинной историей, множеством интересных людей, а музея своего нет!
Помню, я тоже увлеклась этой мыслью. Раиса Дмитриевна Позамантир — великолепный знаток истории, археологии, в то время директор городского музея В.И. Ленина, предложила прекрасную идею: часть музея оставить как музей вождя революции, а в другой части организовать историко-краеведческий отдел. Именно ей принадлежала мысль, что прошлое не следует губить, ведь без него не построишь и будущее!
На снимке Борис Ежов с Татьяной Шорыгиной..jpgНо вернёмся к салату из одуванчиков. Однажды мы с Борисом Ежовым отправились на велосипедах по старинным улицам Болшева, Загорянки. Поездка была очень интересной и продолжалась до самого вечера. Много старинных вещей получили мы от жителей в дар, со многими людьми познакомились.
Пора было возвращаться. В музее мы разобрали вещи, разложили их, как сумели, и вдруг почувствовали неимоверный голод! Да, да, именно голод!
Посмотрели на часы и поняли, что магазины, лавки давно закрыты. Что делать? Я жалобным голосом попросила: «Борис Яковлевич! Я есть хочу. У вас не найдётся хлебушка или чаю?»
— Ай, ай, ай! — воскликнул добрейший Ежов. — Я тоже хочу есть. Посмотрим, может, на полках что-нибудь найдётся.
Он стал шарить по полкам и ящикам, но, увы, ничего не нашлось.
Правда, ура! В одном ящике мы нашли баночку с сухим молоком.
— Ну вот! — весело воскликнул Борис Яковлевич. — Мы приготовим салат из одуванчиков. А заправим его молоком. Вы когда-нибудь ели салат из одуванчиков? — спросил он меня.
— Нет! Никогда! — покачала я головой и с некоторым недоверием спросила: — А это вкусно?
— Изумительно вкусно! И главное, полезно.
— А где мы возьмём одуванчики?
— О, это проще простого! — ответил Ежов. — Пойдём на участок возле музея, там их полно!
Мы вышли на участок. Уже темнело, но так сладостно пахло свежей зеленью! Одуванчиков, и правда, оказалось много. Мы нарвали две большие охапки жёлтых цветов. Принесли в музей, помыли водой и стали осторожно резать острым ножом. Скоро получилось большое блюдо одуванчиков.
Борис Яковлевич достал сухое молоко, залил кипятком и уже собирался вылить его в блюдо. Но я его попросила налить в небольшую тарелку — вдруг не понравится! Борис Яковлевич так и сделал. Я размешала салат и попробовала его.
Ну и гадость! Только с великого голода можно было съесть этот салат. Однако Борис Яковлевич энергично заработал ложкой, и вскоре его тарелка оказалась пуста! Я же выпила молоко и была рада тому, что салат есть не стала.
И всё-таки мы были сыты и довольны: привезли новые необычные вещи. А я, наконец, узнала вкус салата из одуванчиков.
Уважаемый читатель! Ты, уверена, знаешь: с некоторыми людьми сходишься мгновенно — улыбка, пара слов, доброе выражение лица — и вот человек кажется уже давно тебе знакомым.
Так у меня получилось и с Борисом Яковлевичем Ежовым. До истории с салатом из одуванчиков мы встретились с ним на заседании в редакции самой известной газеты Королёва — «Калининградской правды». Ох, и давно это было! Я принесла в газету крошечную заметку о доме Сапожниковых, ставшем потом железнодорожной школой №1.
Заметка всем понравилась. Заместитель главного редактора газеты Любовь Клюева похвалила меня, понравилась заметка и Ежову, и всем остальным участникам заседания.
Через несколько дней статья вышла в свет. С этого момента и окрепла моя дружба и с газетой, и с Б.Я. Ежовым.
Мне нравились в нём доброта, распахнутость почти детской души, его интерес ко всему на свете — к истории города, к людям, к новому историко-краеведческому музею. Он был яркой, увлекающейся натурой!
Когда Ежов стал старшим научным сотрудником музея, он легко откликался на все мои предложения. Мы провели около двух десятков литературно-поэтических вечеров, посвящённых выдающимся людям города. В День города музею давали несколько автобусов, и за 4–5 часов мы объезжали самые интересные места Королёва.
С Ежовым ходило на экскурсии множество людей. И пожилые пары, и молодёжь, и родители с детьми. И все были в восторге от его знаний, желания раскрывать людям новые, неизвестные уголки Королёва.
Борис Яковлевич увлекался и археологией. Он помогал археологам в их раскопках по берегам Клязьмы.
Пожалуй, последнее, что мне запомнилось из яркой деятельности Ежова, это его выставка «Люди и вещи». Этому удивительному человеку удалось собрать старинные и просто старые вещи, которыми мы пользовались ещё не так давно, — чёрно-белые телевизоры, кухонную утварь, технику, компьютер. Он показал нам, как поменялась жизнь людей за последние десятилетия.
Такого верного, преданного друга у меня уже не будет, увы, никогда.



Возврат к списку