Моя пионерия
Пионерские годы! Это, конечно, не только учёба, это ещё и много интересных дел, первые попытки ответить на вопросы: «Кто я? Для чего живу на планете? Чем буду полезен Родине?» Нас воспитывали в духе, как тогда говорили, «товарищеской солидарности и взаимопомощи». Идеологически методика воспитания была выстроена безупречно. Нас растили патриотами, людьми, которые должны достойно продолжать дело своих отцов и дедов.
Наш отряд
Как и все мои сверстники, в начальных классах я был октябрёнком, а начиная с четвёртого — пионером. Наш класс являлся пионерским отрядом, которому было присвоено имя пионера-героя Васи Коробко. В годы Великой Отечественной войны этот паренёк сражался в партизанском отряде. Наш отряд состоял из звеньев, и меня неожиданно выбрали звеньевым.Пионерская жизнь била ключом: линейки, слёты, костры, выпуск стенных газет, шефская помощь, встречи с ветеранами. Неоднократно наш отряд выступал с самодеятельными концертами перед тружениками села. Обычно сценическими площадками были колхозные дворы окрестных деревень. Чаще всего я был задействован в матросском танце «Яблочко» или на подпевках в хоре.
Однажды мы ездили с концертом в детский дом, который находился в красивом двухэтажном доме с башенками на окраине деревни Городна, в шести километрах от нашего посёлка. Это здание, напоминавшее старинную усадьбу, стояло в стороне от дороги, ведущей в город Боровичи. К дому от дороги вела красивая прямая аллея. Мы показали детдомовцам несколько концертных номеров, вручили от школы подарки и пообедали вместе с воспитанниками. Впервые я столкнулся с проблемой сиротства, было жаль обделённых родительским вниманием пацанов и девчонок. Кстати, через несколько лет этот детдом расформировали. Когда я с приятелями после окончания школы приезжал из Зарубина в детдом на велосипедах, здание было пустым. Вокруг лежали выбитые двери, сброшенные на землю башенки, внутри валялись обломки разваленных печей. А сейчас от здания остались лишь фрагменты порушенного фундамента.
Каждую осень зарубинских пионеров отряжали на помощь сельскому хозяйству. Главным работодателем выступал колхоз имени революционера Артёма, что находился поблизости. Работа привычная для каждого сельского школьника — уборка овощей, прежде всего картошки. Такие коллективные вылазки на природу нам очень нравились. Во-первых, учёба не горит, а, во-вторых, после работы можно разжечь костёр и испечь картошку.
Первые шаги в прессе
Мой отец дружил с журналистами районной газеты, и по просьбе редакции я начал посылать в газету заметки о жизни пионерской дружины нашей школы. Так я стал юнкором — юным корреспондентом. Иногда пытался писать стихи, и газета — конечно, с корректировкой — их печатала. Вступление в пионеры я ознаменовал стихом, в котором были такие строчки:
На моей груди,
И теперь я пионер,
Идущий впереди!
Вот так окрыляла принадлежность к могучей детской организации — советской пионерии!
Пионерский лагерь в Дуденеве
Пионерлагерь в Дуденеве.
Наш отряд с вожатыми и директором лагеря. 1970 год
Боровичский комбинат огнеупоров располагал великолепным пионерским лагерем в сосновом бору на берегу лесного озера. Местечко это называлось Дуденево и было недалеко от Боровичей.
Нас, детей зарубинских шахтёров, привозили туда вместе с боровичскими ребятишками. За лето выпадало три смены, я был в этом лагере несколько раз.
Жили мы в небольших бараках, питались в столовой. В хорошую погоду вволю купались в озере, в нём было прекрасное песчаное дно. Спортивная жизнь лагеря била ключом. Часто мы выясняли спортивные отношения на футболе в присутствии десятков болельщиков из своих отрядов. Мы могли бегать по полю хоть целый день, но с перерывом на обед. Развлечься можно было и игрой в настольный теннис, и в волейбол, и даже в шахматы. Помню, в одну из смен я в шахматном турнире занял почётное третье место, о чём была выдана соответствующая грамота.
Лагерные будни
По вечерам — танцы для старших отрядов, младшие ребята готовились ко сну. Если после отбоя в какой-нибудь комнате обнаруживались признаки неразрешённой бурной деятельности (громкий разговор, бросание подушек, крики, самовольный выход из барака), дежурный пионервожатый оперативно выводил зачинщиков «на комары». То есть провинившимся надлежало полчаса-час постоять в одних трусах на крыльце барака и отчаянно отбиваться от наседающей мошкары. Но страх перед комарами был вскоре преодолён, и мы иногда делали набеги на соседний девичий барак, где зубной пастой разрисовывали лица понравившихся спящих красавиц. По этому поводу девчата не всегда поднимали шум, и нередко мы, пацаны, становились жертвами их внезапного вторжения. Оружие то же — зубная паста, иногда ещё какая-то краска (а может, помада?). Но вообще-то мы с девочками из нашего отряда дружили и с удовольствием проводили вечерние отрядные костры (был такой вид досуга).Однажды наш лагерь напомнил растревоженный улей — это в нашем кинозале показали только что вышедший на экраны страны фильм режиссёра Леонида Гайдая «Бриллиантовая рука». Сколько было восторга у нас после просмотра! Реплики героев фильма цитировались по поводу и без оного. «Бриллиантовая рука» триумфально шествовала по стране.
Огромное событие для лагеря — родительский день. Приезжали горячо любимые мамы и папы, привозили разные домашние угощения. Мы по родителям успевали сильно соскучиться и ни на шаг не отпускали их от себя. Родители заходили в наши комнатки, смотрели, как мы устроились, забирали грязное бельишко и выдавали свежее. Потом мы с ними шли на озеро, там и проводили время до отъезда автобуса. Последние напутствия, прощальный взмах рукой, и мы опять оставались один на один с воспитателями.
Поездка в «Артек»
В те годы советским школьникам были предоставлены два великолепных лагеря на берегу Чёрного моря. Первый — это «Артек», раскинувшийся в Крыму неподалёку от горы Аю-Даг (рядом с Гурзуфом и Ялтой). Другой — «Орлёнок», он втиснулся в узкую полосу между Кавказскими горами и морем недалеко от Туапсе. Молодым зарубинцам удавалось быть и там, и там. Мне тоже посчастливилось — летом 1967 года меня от нашего района отправили в «Артек» на третий Всесоюзный слёт пионеров.Это был незабываемый июль! Я приехал с мамой в Новгород. Там в Доме Советов сформировали для поездки в «Артек» делегацию от пионерии Новгородчины. Нас накормили, сводили в кинотеатр, где мы посмотрели только что вышедший на экраны фильм «Вертикаль» с участием Владимира Высоцкого. Тогда я впервые услышал его удивительно проникновенные песни под гитару. Они мне понравились, и через несколько лет я стал его поклонником.
Вечером нас посадили в поезд — и в Москву. Оттуда опять железной дорогой до Симферополя. Там нас ждали автобусы. В «Артек» приехали к вечеру, когда уже сгущались сумерки. Как-то вдруг неожиданно стало так темно, будто небо залили чёрной тушью. Я первый раз был так далеко на юге, и темнота южных ночей меня очень удивила, но потом я к ней привык.
«Артек» — это, как бы сейчас сказали, суперлагерь, состоящий из нескольких лагерей. Те, в свою очередь, включали в себя по несколько дружин. Последние делились на отряды. Я попал в лагерь «Горный», который был самой восточной частью «Артека». Он размещался в трёх многоэтажных корпусах из стекла и бетона. В одном находилась дружина «Хрустальная» (где я и оказался), в другом — «Алмазная», в третьем, кажется, «Изумрудная» или что-то подобное, тоже из драгоценностей. Поселили нас в комнатках по шесть человек, мы быстро перезнакомились и подружились. Вожатыми у нас были студенты педагогических вузов Рая и Сергей. Мы их называли, конечно, по имени-отчеству.
Тимуровцы
Группа ребят из нашего артековского отряда вместе с вожатыми. 1967 год
Все отряды имели свою направленность. Были и юные пограничники, и юные натуралисты, и юные пожарные. Наш отряд назывался «Юные тимуровцы», и мы, по замыслу организаторов, должны были воплощать лучшие черты положительных героев повести Аркадия Гайдара «Тимур и его команда». У нас тоже был свой Тимур. На эту роль мы выдвинули из своих рядов упитанного и застенчивого грузинского пионера Темури Чедиа. Конечно, мы не переводили старушек через улицу и не кололи дрова ветеранам. Но часто ходили в артековский парк и проводили там свои сборы, участвовали в общелагерных линейках, встречались с моряками — участниками Великой Отечественной войны и слушали их рассказы про боевые будни. В отряде выпускалась газета «Тимуровец», и я, естественно, оказался в составе её редакции. Наша смена была международной, и в «Артеке» отдыхало немало иностранцев.
Моё удостоверение. И в «Артеке» я занимался журналистикой
Когда мы входили в столовую, а это был огромный пищеблок на весь лагерь «Горный», то обязательно громко и дружно кричали: «Всем, всем доброе утро!» (или добрый день, добрый вечер). Каждая иностранная делегация приветствовала на своём языке. Особенно усердствовали немцы из ГДР. Как гаркнут: «Alles, alles guten tag!», становилось понятно, что пришли наши друзья-союзники. Кормили в «Артеке» отменно, особенно нам нравились персики, для многих они были в диковинку. Однажды мы с приятелем около столовой познакомились с двумя французскими девочками. И хотя мы не знали их языка, а они нашего, состоялся успешный обмен советских значков на французские. Я рискнул спросить: «Париж?» Француженки радостно защебетали: «Paris! Paris!»
Нас часто водили на море, где мы, осторожно ступая по горячим камням, радостно бросались в тёплые, удивительно прозрачные волны. Заплывать далеко нам не разрешалось, но можно было на берегу собирать крабов. Не рекомендовалось трогать медуз, которых иногда почему-то оказывалось в изобилии у берега.
Артековский слёт
Мой Мандат. Артек, 1967 год
Апофеозом третьего Всесоюзного слёта пионеров был праздник на артековском стадионе. На трибунах собрался, наверное, весь «Артек». Запомнилось выступление первого космонавта планеты Юрия Гагарина. Он в военном мундире, при всех регалиях, зашёл на стоящую в центре трибуну и поприветствовал собравшихся. Увы, через год он погиб. Вызвала восторг и знаменитая четвёрка из фильма «Неуловимые мстители». Артисты приехали на стадион на лошадях и проскакали вдоль трибун, что-то вроде круга почёта. Специально к этому празднику я написал стихотворение, за что был отмечен памятной медалью «Артека». Так в одиннадцать лет я получил первую в своей жизни медаль.
Медаль «Артека». 1967 год
Нам было нескучно!
А как интересно у нас прошёл отрядный КВН! Девочки играли против мальчиков. В одном из заданий наш парнишка, Вова из Казахстана, почти что совершил подвиг. Задание было простое: взять огурец, почистить его ножом и как можно быстрее съесть. Барышня, естественно, почистила этот зелёный овощ быстрее. Тогда Володя, чтобы выиграть этот конкурс, решил есть огурец большими кусками. Он запихнул огурец в рот и пытался его откусить. Но неожиданно у него сломался зуб и застрял в огурце. И тогда наш находчивый парень, не теряя времени, съел огурец вместе с собственным зубом. Вот это воля к победе!
Куда бы ни шёл наш отряд, вожатые не давали нам скучать. Мы либо пели песни, либо играли в коллективные интеллектуальные игры. Например, кто-то рассказывал запутанный случай с непонятной развязкой. Наша задача — выяснить, что было на самом деле. Мы задавали любые вопросы, но ответить нам могли либо «да», либо «нет». Вот так, шагая под жарким крымским солнцем, мы коллективно распутывали целые детективные истории.
Автор статьи (крайний справа)
по возвращении из «Артека» домой.
Рядом – мама, брат и сестра. Август 1967 года
Прошло уже столько лет, а удивительное время, проведённое мною в «Артеке», как будто было вчера. Вспоминаю о нём с большим удовольствием и теплотой. Мы в лагере так подружились, что с некоторыми ребятами я потом переписывался. Дольше всех почтовая связь у меня была с Геной из Амурской области.
Отрадно, что «Артек» сейчас стал доступен для многих российских школьников.
Валерий Соколов, советский пионер
Комментарии для сайта Cackle