Керамика, живопись, графика: искусство двух столиц — в Королёве

Музейное объединение «Музеи наукограда Королёв» завершило культурно-просветительский проект «Болшевская коммуна. 101», который оно вело при поддержке Президентского фонда культурных инициатив с января 2025 года. Так что отдел «Усадьба Костино», ставший центральной выставочной, лекционной и даже театральной площадкой масштабного предприятия, вновь фокусируется на художественных формах и сразу же приглашает королёвцев на совершенно необыкновенную выставку «Окна» — визуально разнообразную, полную множества смыслов и поводов для жизненных раздумий. Не менее интересно, что новое арт-событие — это коллаборация двух художников, проповедующих совершенно разные художественные практики. Михаил Пилюгин из Москвы представил зрителям свои акварели и графику, Мария Демидова из Санкт-Петербурга, с которой у королёвцев ранее уже была возможность познакомиться, — керамику.

Художник-керамист обратилась к сказке Ганса Христиана Андерсена «Снежная королева». Главная героиня экспозиции — кукла Герда, она расположена в центре выставочного пространства. Рыжеволосая, голубоглазая девочка с улыбкой, полной любви. Её окружают различные керамические композиции — уютные домики, нежные цветы — словом, всё к чему она стремится. В её руках — алая роза, символизирующая сердце Кая, которое благодаря преданности Герды освободилось от ледяного осколка. Путь героини, который она преодолела в поисках потерявшегося друга, зрители тоже могут отследить через работы Марии Демидовой. Чтобы они «не заблудились», им предложат «путеводитель» — буклет, в котором описаны 10 «окон», реперных точек — локаций: «Дом», «Ночь», «Рассвет» и другие. Каждая из них, по словам художника-керамиста, не столько пересказ истории, рассказанной датским писателем, сколько отголоски переживаний, поисков, тревог и вопросов, на которые человек постоянно ищет ответы. Мария Андреевна считает, что в какой-то степени экспозиция описывает и её путь как творца — тернистый, который многие оставляют, не в силах преодолеть. «Керамика — это моя жизнь, моё призвание, я тоже нахожусь часто на распутье, ищу ответы. Но всё равно двигаюсь вперёд. Как Герда нашла своего Кая, так и я надеюсь прийти к интересному, счастливому финалу», — поделилась она со зрителями.

Следующее «окно» как раз — коллекция ваз. Они «имеют» совершенно противоположное настроение нежели домики — тёмные тона, неровные поверхности и затейливые, «случайные» узоры передают переживания Герды, которая покидает отчий дом, чтобы отправиться в опасное путешествие. Впереди у неё — лишь неизвестность.

Ориентиром ей служит маяк — небольшой арт-объект, который, тем не менее, притягивает взгляд зрителей ярким красным цветом. Он приводит Герду в цветущий сад, в котором, согласно сказке, девочку накрывает волна забвения. В этом «окне» множество нежнейших фарфоровых цветов и даже букетов, тарелок, ваз в форме листьев, ажурный вазон. Мария Демидова совершенно меняет стиль, уходит от лаконичной геометрии к сложной пластике и богатой фактуре. В этих работах особенно заметна игра с контрастами: хрупкие формы соседствуют с массивными, приглушённые тона — с перламутровыми переливами. Разнообразие приёмов показывает, что художник-керамист не ограничивается одним направлением и постоянно экспериментирует с материалом.

Герда приходит в себя — ей помогает её любящее сердце — и продолжает путешествие. Она встречает мудрого ворона, который подсказывает верное направление. Арт-объект создан методом восстановительного обжига — интересная, но сложная технология термической обработки керамики. Художник-керамист либо создаёт дефицит кислорода прямо в печи, либо после обжига погружает раскалённое изделие в ёмкость с опилками — они загораются и густо дымят, формируя бескислородную среду. Результат, не побоюсь сказать, непредсказуемый: он зависит от типа глины, состава глазури, итоговой температуры, времени выдержки в бескислородной среде и других условий. Но только так можно получить глубокие тёмные оттенки и переливы — то, что нужно, чтобы убедительно передать воронье оперение. Мария Демидова признаётся, что особенно любит именно восстановительный обжиг, словно не только она создаёт изделие, но и огонь, пепел, дым становятся её соавторами.

В одном из «окон» можно увидеть замок принцессы, в который в рамках повествования попадает Герда. Его символизирует коллекция необыкновенных подсвечников — их высокие ножки набраны из причудливых форм и цветов керамических бусин. В другом «окне» — логово разбойников. Здесь зрители обязательно долго будут разглядывать тарелки, подсвечники, вазы, штофы, выполненные из неглазурованной глины. А дворец Снежной королевы обозначает этакий фэнтезийный светильник. И в этом случае художник-керамист снова балансирует на грани контрастов: его абажур — цветочная крона из тончайшего белоснежного фарфора, основание — стебли и листья-пики из неглазурованной глины, даже кажется, будто бы они высечены из замшелого камня.

Родители Марии Демидовой поддерживали и направляли дочь. Она окончила художественную школу, а также студию керамики, в которую, получив высшее художественное образование, вернулась педагогом. Позже создала «собственное творческое место силы» — студию керамики, где продолжает преподавать и одновременно работать над проектами. Да, интересная деталь, керамика Марии Демидовой — обязательно часть того или иного проекта: к идеям, захватившим её однажды, она возвращается снова и снова, порой, не один год подряд. «Окна» — одна из таких идей. «Мне хочется раскрыть потенциал материала до конца, в одной теме показать все его грани. Для этого использую разные техники декорирования, экспериментирую, люблю разные поверхности — гладкие, шершавые, фактурные, глазурованные, с бензиновыми переходами, неглазурованные, прошедшие разные методы обжига», — поделилась художник-керамист.

Как театральные декорации полноценно участвуют в спектакле, так работы Михаила Пилюгина не просто соседствуют с керамикой Марии Демидовой, не только объединены с ней общей идеей, а играют свою, полноправную роль в экспозиции. Гостья из Санкт-Петербурга представила зрителям аллегоричную историю, предложила им диалог. В свою очередь, столичный художник наполнил выставочное пространство атмосферой, располагающей к общению с искусством, настраивает зрителей рассматривать, чувствовать, мыслить.

Кроме «Колокольчиков», зрители могут увидеть ещё несколько не менее атмосферных акварелей, а также графику. Меня, например, очаровала акварель «Ноктюрн»: на кухне, а может быть, в гостиной — полевые цветы в той самой, советской хрустальной вазе, на заднем плане стеклопакет в пластиковой раме, за которым возвышается мегаполис. Круглый обеденный стол, спинка винтажного стула и, конечно, букет пробуждают воспоминания о безмятежном лете, луговом просторе и розовом закатном солнце, и вот, уже кажется, жужжат насекомые, погружая в состояние покоя. Снаружи совершенно иной мир — стремительный и какофоничный… Интересно, как бы вы ответили, глядя на эту картину: миры, которые изобразил художник, конфликтуют между собой или, наоборот, восполняют друг друга?

Михаил Пилюгин — земляк Александра Герасимова, одного из крупнейших мастеров русского и советского искусства. Он родился в Мичуринске Тамбовской области. На одной из графических работ зрители могут увидеть родительский дом, вернее, переплётное окно, украшенное резным наличником. В нём — пожилая женщина: всматривается в улицу, подперев подбородок рукой — это мама художника. «Напротив — автобусная остановка. Возле этого окошка она ждала отца из города, нас из школы», — поясняет Михаил Михайлович. От картины словно исходит особенная забота — можно почувствовать атмосферу, в которой рос художник.

Ещё одна графическая работа с интересным сюжетом — «В ожидании реставрации». Строй резных наличников возле забора: сколько им лет — несколько десятков или, что вполне возможно, больше сотни? Художник заметил их, в поисках натуры прогуливаясь по Плёсу, и тщательно передал не только каждый завиток узора, но и атмосферу летнего быта старинного небольшого русского города.

«Рисуй, что хочешь, как хочешь, главное — должна быть история. Если её нет, всё — ерунда», — цитирует Михаил Михайлович своего друга, художника-постановщика Владимира Гудилина. История же с наличниками время спустя ещё и получила продолжение: удивительным образом в «Усадьбе Костино» тоже сохранилось похожее оконное обрамление. И мимо него, конечно же, не прошёл художник: он сделал его рамой для афиши выставки «Окна», которую нарисовал вручную. Её, афишу, Михаил Михайлович изобразил в плакатном стиле, отдав дань предыдущему проекту выставочной площадки — «Болшевской коммуне. 101», который сильно впечатлил его. Кроме того, художник-оформитель — ещё одно поприще Михаила Пилюгина.

В 20-летнем возрасте стал одним из главных художников-оформителей Олимпиады-80, работал с командой ЦСКА. Тогда не было ни компьютеров, ни тем более компьютерной графики, ни светодиодных рекламных щитов — ничего из тех высокотехнологичных инструментов, которые сегодня определяют облик рекламы и агитации. Работали руками, а за результат отвечали в буквальном смысле головой: «неполиткорректный» цвет краски или, например, шов на тканевом баннере перед аббревиатурой «КПСС» могли быть превратно истолкованы, и тогда, как минимум, прощай карьера. Участники вернисажа с интересом выслушали эти довольно пугающие истории, которые художник рассказал в свойственной ему небрежной манере.

Сегодня Михаил Пилюгин — член Союза художников России, выставляется, работает не только в графике и живописи, но и пишет портреты, занимается скульптурой, архитектурой, дизайном помещений, делает мебель, в том числе, реставрирует антиквариат, а не так давно подался в рестораторы. Вообще, он находится в постоянном поиске, считает себя бунтарём, обмолвился, что академическое образование отчасти тормозит развитие искусства. Мысль кому-то покажется крамольной, но я, пожалуй, соглашусь: как делать открытия, идя по проторенной дороге? Например, в разговоре о творчестве Михаил Михайлович упомянул владимирских художников. Владимирская школа живописи — интересное художественное явление, расцвет которого пришёлся на вторую половину XX века. В основе — яркая декоративность и свободная, чуть условная манера письма. Её визитная карточка — такие имена, как Владимир Юкин, Ким Бритов и Валерий Кокурин, их работы до сих пор задают эмоциональный тон творчеству владимирских художников. Михаил Пилюгин шутит, что, пообщавшись с ними, наконец-то научился правильно писать пейзажи: «Теперь у меня деревья синие, небо зелёное».

Подарки вручила Елена Воробьёва, куратор выставки «Окна». Она же вела вечер, который, к слову, получился по-домашнему тёплым и располагал к разговорам. Гости вернисажа с удовольствием погрузились в искусство и общение.