Всё чаще нужен нам невролога совет
… Она родилась на Ставрополье в семье потомственных медиков.
— Моя мама была врачом-психиатром, достаточно знаменитым в своей профессии,— не без гордости говорит Наталья Васильевна. — С юности я мечтала стать биологом. Но обстоятельства сложились так, что поступила в Ставропольский государственный медицинский институт с оговоркой — через год переведусь на биологический факультет.
После первого курса она поняла, что хочет стать хирургом. Но у отца внезапно случился инсульт. И это перевернуло все её представления о медицине — решила стать неврологом, чтобы спасать таких пациентов, как её папа.
Сначала работала в детской неврологии, затем во взрослой. Вышла замуж за военного хирурга, и жизнь понеслась по городам и весям.
— Наталья Васильевна, в наши дни трудно встретить человека, которому бы не требовалась помощь невролога. С какими неврологическими нарушениями пациенты обращаются к вам за помощью чаще всего?
— Пациенты разные. Я их делю по категориям. «Маститые пациенты» — люди пенсионного возраста.
— Всё знают.
— Да, они уже знакомы со многими симптомами болезни и спокойнее к этому относятся. А вот пациенты молодого поколения, скажем до 40 лет, больше подвержены панике и стараются ставить себе диагноз сами благодаря интернету. И приходят на приём с полным убеждением в своей правоте. Приходится переубеждать. Немало пациентов обращаются с заболеваниями сердечно-сосудистой системы. Вторая категория — пациенты, которые имеют проблемы с позвоночником. Причиной тому — сидячая работа, повышенные нагрузки как физические, так и эмоциональные, статодинамические. Нежелание заниматься профилактикой заболеваний, потому что человек по своей натуре ленивый.... А ведь лечебную гимнастику, гигиену сна мы сами в силах сделать. Приходится объяснять. И, к сожалению, в последнее время появилось очень много пограничных состояний: неврозов, депрессий, тревожных расстройств. Опять же, учитывая специфику этих расстройств, пациенты наши не идут к грамотному психиатру, психотерапевту. Они выбирают невролога. А 15 минут приёма для такого пациента мало. Ему требуется индивидуальный подход, длительное лечение. 
— Насколько далеко вперёд шагнула медицина по сравнению со временем, когда вы только начали работать?
— Есть мнение, что один из самых распространённых неврологических симптомов — головная боль. О чём она может сигнализировать?
— Я всегда своим пациентам, независимо от локализации боли, говорю: что боль — это не болезнь, а сигнал организма: что-то не так. И, естественно, если бы человек не испытывал боль, он, наверное, как вид бы вымер уже. И наша задача определить причину и устранить боль. А головных болей больше 15 видов. И не факт, что каждый раз у пациента одна и та же. Если эта боль головная и возникла молниеносно (мы называем их «громоподобные»), то нужно обратиться к врачу. Хочу сказать, что нет ни одного жителя на земном шаре, у кого бы никогда в жизни не болела голова. Но есть головная боль, при которой можно обойтись и без лекарственных средств, и без врача. А есть боль стойкая, интенсивная, локализованная, при которых надо незамедлительно обращаться к врачу. Это так называемые «красные флажки».
— А как предупредить болезнь Альцгеймера?
— Наверное, если бы знали, как предупредить эту болезнь, её бы уже предупредили. Этот недуг — не наследственное заболевание. Но наследственная предрасположенность к строению сосудов и головного мозга у нас имеется, так как мы от мамы с папой получаем по 50% их ДНК. Но как было сказано многими маститыми врачами, поставить диагноз «заболевание Альцгеймера» мы можем только при вскрытии. Поскольку не можем при жизни у человека взять биопсию клеток мозга и посмотреть маркеры заболевания. Предрасположенность к данному недугу — это не просто нарушение памяти. Поскольку с возрастом, начиная с 60 лет, у нас у всех снижается краткосрочная память, концентрация внимания, появляется астения, то есть усталость мозга. Мы не можем быстро воспроизвести ту информацию, которую уже знаем. А при деменции альцгеймеровского типа пациент забывает памятные даты своей жизни, как зовут его родных. Вот тут уже поздно бить в бубен. Поэтому для того, чтобы мозг работал, ему нужны положительные посылы. То есть мозгу нужно дать «пинок». И пациентам пожилого возраста необходимо заниматься чем-то таким, что он ещё не знает. Например, изучать иностранный язык. Задача — не выучить его, а просто методично учить хотя бы по одному слову в день. Произносить, писать это. Затем повторять все предыдущие слова, чтобы сформировалась привычка. Как плохие, так и хорошие привычки формируются примерно за это время. Почему я говорю об этом, потому что расхожее мнение, что нервные клетки не восстанавливаются — ложно. Нервные клетки разные. И серые клетки нашей коры, и определённых зон, которые ответственны за долгосрочную память, имеют свойство восстанавливаться. Но только нужно мозгу работать. Затормозить гибель данных клеток — это задача медикаментозной терапии. Но, повторю, работать мозгу нужно обязательно.Например, рисовать двумя руками, делать работу правшей левой рукой. То есть перекладывать ложку, телефон в левую руку. Потому что в этот момент у мозга возникает диссонанс: делаем то, что непривычно. И это для него работа. Хорошо тренировать координацию движений, она тоже помогает восстановлению клеток, например, игра на барабанах. Где каждая рука и нога должны выбивать свой такт. Но это для пожилых может быть недоступно — суставы, давление не позволяют таким заниматься. Хотя у меня одна пациентка за 60 лет ходит в Королёве в школу барабанов.
— Молодец!
— К сожалению, пожилые люди, уходя на пенсию, ограничивают своë общение. А оно очень необходимо. Если делать зарядку, то лучше в школе «Долголетия». То есть со сверстниками общаться. И, конечно, пациентам пожилого возраста нельзя пренебрегать общением с молодым поколением. Это тоже очень важно. О болезни Альцгеймера я могу рассказывать очень много, потому что это любимая моя тема. Я проходила очень длительное обучение месте с замечательными педагогами по нейродегенеративным заболеваниям головного мозга. Чему очень рада, и пользуюсь этими знаниями в своей практике.
— А отчего возникает мигрень и почему одни страдают всю жизнь, а другие ничего о ней не знают.
— Мигрень — один из видов головных болей. Это заболевание пароксизмальное. И самое удивительное, что, когда мы говорим, что женщины болеют мигренью чаще, чем мужчины — отнюдь. Просто женщины обращаются к врачам чаще. Дебютирует заболевание в возрасте, когда проходят гормональные изменения у юношей и девушек. И чаще этим страдают мальчики. И уже в возрасте 40—50 лет мужчины больше, чем женщины, подвержены этому недугу. Передаться мигрень может мужчине от близкой родственницы женского пола в семье. И это очень сложно объяснять. И чем образованнее, социально адаптированнее человек, тем он тоньше воспринимает такие заболевания. Почему и говорится, что мигрень — это болезнь императоров и царей.
— Бывали ли в вашей практике случаи, которые заставляют поверить в силу человеческой воли?
— Да. У меня есть пациент, он ветеран Афганской войны, десантник. 7 лет назад у него случился обширный инсульт, тромб забил сосуд в мозге. Его не успели доставить в больницу в первые два часа. Так, человек физически и интеллектуально развитый, работающий на тот момент шеф-поваром в ресторане, оказался лежачим больным с парализованными конечностями. В начале нашего общения и лечения он, конечно, уповал на лекарства. 3 года после инсульта у него не двигалась левая рука, ходил с трудом. У него распалась семья на этом фоне. Но когда он прислушался к моим рекомендациям, что двигательная активность важнее всех лекарств, результат не заставил ждать. Правые рука и нога функционируют нормально. Сегодня он проходит каждый день по 10 км, делает зарядку. Он сам себе готовит, стирает, одевается, убирает. Да, это занимает много времени. Но самое главное — он психологически перестал чувствовать себя калекой. Второй пример — моя бывшая одноклассница. У неё тоже случился инсульт. В это время у неё на руках был младший сын с ДЦП, которого каждый день нужно было возить на процедуры. Полгода она лежала, не вставая. Но пришлось немножко жёстко её подтолкнуть, чтобы она взяла себя в руки. Сейчас она свободно ходит и даже водит машину. И с сыном у неё всё в порядке. Вот примеры такой силы воли, которые способны творить чудеса.
Коллектив неврологического отделения
— Что сегодня, как врача, особенно волнует вас?
— Во-первых, то, что заболевания помолодели. Если раньше в основном с инсультами поступали пациенты в возрасте 60, 70 лет, то сейчас можно встретить и 40-летних. К тому же, в основном, это мужчины трудоспособного возраста, не имеющие хронических сердечно-сосудистых заболеваний.
— Жизнь скоростная стала…
— Согласна. Мы живём в информационном смоге. Часто подвержены стрессам, много работаем и поглощаем ненужную информацию из интернета... Волнует, конечно, наша система здравоохранения. Нельзя так формально подходить не к болезни, а к человеку. А сегодня, к сожалению, пациент приходит к нам, как код МКБ. А ведь каждый — индивидуален. Например, если десятерым пациентам поставить диагноз «мигрень», то у каждого из них свой организм, разный психотип, воля, условия жизни. Мы вынуждены выслушать человека за 15 минут амбулаторного приёма, разобраться во всех его проблемах, поставить диагноз, назначить лечение. И всё это записать. Это очень тяжело и нереально. Меня очень сильно волнует, что у молодых специалистов, которые сейчас приходят к нам, нет клинического мышления. А ведь в медицине сотни нюансов, которые нужно учитывать при работе с людьми. Тем более, здоровье и жизнь зависят от нас.
— Из этого выходит вопрос: «Что бы изменили в своей работе?»
— Формализм в медицине не должен существовать. Врач — это не просто профессия, это призвание! И любого пациента надо любить в первую очередь. Болезнь побеждают двое — пациент и врач. Но если не случился контакт с пациентом, положительного результата ждать не придётся. В этом я уверена. Для меня самое главное: «Не навреди».
— В чём счастье врача-невролога? В какой момент он понимает, что не напрасно занимается своим непростым делом?
— С каждым годом я всё чаще обращаюсь к мысли, что люблю свою профессию. Это сложно. Когда я выбрала именно неврологию, моя мама, психиатр, сказала: «Наташа, почему неврология? Там же сколько проводящих путей, там столько нервов!» — «Поэтому я и выбрала, что это сложная работа»,— ответила я. Люблю свою профессию, вижу понимание со стороны своих пациентов, реальный результат. Счастье любого врача — это когда пациент от него уходит здоровым, когда мы реально помогаем ему и видим его радостное лицо.Блиц-интервью
— Вы по характеру спокойный человек?— Скорее, да. В общем, не импульсивный. Прежде чем принять решение, обдумываю все нюансы.
— Что цените в коллегах?
— Здесь перечислять можно многое. Я требовательна. Сама к работе отношусь очень ответственно. В коллегах ценю взаимопомощь, поддержку, оптимистичный нрав, чувство юмора. Коллегиальность.
— Сами что делаете, чтобы сохранить свою нервную систему здоровой?
— Люблю пешие прогулки. В выходные стараюсь гулять в парке с питомцем своим. Люблю путешествия по ближайшему Подмосковью, экскурсии в старинные усадьбы, изучать историю нашей Московской области.
Ещё люблю танцевать, больше всего — танго.
— О чём мечтаете?
— Чтобы мой ребёнок был счастлив. Чтобы здоровы были мои родные и была возможность почаще приезжать друг к другу.
А ещё мечтаю о своём собственном медицинском центре.
— Как вы можете охарактеризовать себя в двух словах?
— Неугомонный оптимист…
— Три совета от доктора Филипповой?
— Берегите и сохраняйте своё здоровье. Ибо ни один врач вашим здоровьем заниматься не может. Врачи лечат только болезни. Не переставайте удивляться и восхищаться! Это лучшее, что может быть для человека, особенно в преклонном возрасте. Когда человек перестаёт удивляться, он стареет.
Совет коллегам — «Берегите себя!»
Любовь Клюева,
фото из архива МСЧ №170
Комментарии для сайта Cackle